Ловцы снов (4 часть)

Напечатать Категория: Новости » Разные
16 октября 2010 Автор: Bella Tayler Просмотров: 1373 Комментариев: 0
Ловцы снов (4 часть)


Следующая картина, дорогой дневник, похожа на смену кадра в фильме. Теперь камера высвечивает бесконечные больничные коридоры, неподвижную зелень стерильной свежести в воздухе и меня в халатике цвета хлорки.

Я, как ты понимаешь, прошла собеседование и устроилась волонтером в группу доктора Морфеина, который обещал лечить любые болезни при помощи гипнотерапии – то есть во сне. Для этого мне даже пришлось выдержать что-то вроде скандала с Лилит, а Лилит, как ты помнишь, никогда не скандалит, не орет и даже не повышает голоса, потому что у нее выдержка примерно как у столетнего коньяка. Но
в этот раз мне даже показалось, что она чуточку разъярена.

Я заподозрила что-то неладное, когда она слишком громко положила ложку в раковину.
– Гипнотерапия? – сказала она тоном, которым можно было мясо замораживать. – А почему сразу не лечение при помощи лыжной мази? Выведение прыщей бобровым жиром, клизмой и зеленкой?

Я замялась. Почему-то мне очень не хотелось рассказывать Лилит про свои странные сны. Конечно, она мне вроде как сестра и даже, наверное, единственный живой родственник на всем белом свете. Но что-то мне подсказывало, что даже с живыми родственниками лучше не распространяться на тему того, что во сне тебе смутно обещают великую миссию по спасению мира и людей. Дурдома-то переполнены как раз стараниями любящих и заботливых людей.

– Просто… – начала мямлить я, – ну… денег там вроде побольше…
и интересно… опять же ехать ближе…

Лилит по-прежнему смотрела на меня таким же взглядом, каким она встречала безнадежно влюбленного в нее охранника Вову. Вова обнаруживал в себе некоторую тенденцию, подкрепленную бесконечной слежкой, – «чисто случайно» оказываться там же, где и Лилит, уверяя ее при этом, что жизнь полна совпадений.
Не зная, что еще сказать, я выглянула в окно. Там Оксана заталкивала в багажник «форда» коляску, а Ангел, сидя на переднем сиденье, строго ненавидел асфальт взглядом. Лилит проследила за моим взглядом.

– А что, мальчик тоже лечится бобровым жиром? – спросила она, вдруг повеселев. – Ах, прости, гипнотерапией. Да, припоминаю, я видела его адскую мамашу возле лечебного центра… Она снимала какого-то своего младшего ребенка с дерева. Бедное дерево.
Лилит подошла к окну, отодвинула занавеску и бросила оценивающий взгляд на Ангела:
– Хорошенький мальчик. Жаль,
конечно, что целиком не функционирует.
– Как… как ты можешь так говорить?! – впервые вскинулась я на Лилит. – Это… жестоко!
Она щелкнула меня по носу.
– Это жизнь, дурочка. Ладно, иди играйся в романтику, разрешаю. Кстати, как его зовут?
✤✤✤

«Как тебя зовут?» – повторяла я, намывая полы в отделении гипнотерапии. Как тебя зовут? Казалось бы, чего проще. Подойти. Наверное, улыбнуться. Спросить: как тебя зовут? Что тут такого? Ничего. Но знакомиться с мальчиками у меня никогда
особенно не получалось. Как-то ужасно глупо, что сейчас везде девочки должны брать инициативу и мальчиков в свои руки. Еще лет десять – и предложение, наверное, тоже мы должны будем делать. «Дорогой Паша, женись на мне, пожалуйста». А Паша, такой, покраснеет, потупит взгляд и скажет: «Мне нужно подумать!» А ты вся на нервяке выходишь из дому и идешь с бабами за угол пить пиво…
– Соня! Полы помыла? Умница, – после того как Лена, помощница доктора Морфеина, увидела, что я не посягаю на научную карьеру, великие свершения и драгоценное время доктора Морфеина, а вполне готова выполнять мелкие поручения и черную работу, она даже меня как-то полюбила.
– Сейчас у доктора пара пациентов на первичном обследовании, – сообщила она мне, окинув взглядом комнату. – Как закончишь
с полами, занеси, пожалуйста, их данные из карт в компьютерную базу данных. Там ничего сложного, на все есть своя графа.
Поскольку я несколько минут назад видела, как Оксана закатила в кабинет коляску с Ангелом, то мне стоило больших усилий не вцепиться в карты, как Джек Воробей в бутылку рома.
«Ариэль Александр Александрович» – вот что было написано в карте.
Саша, значит. А я-то уж думала, что мальчика с таким лицом и кудрями эпохи Возрождения будут звать как-нибудь… Ну, Серафим, что ли. Велимир. Елисей хотя бы.
А паспорт проще открывался.
– Соня! – на пороге стояла какая-то бодрая девушка в зеленом халате – униформе работников Больничного центра. – Ты Соня, да? Нам нужна твоя помощь.
Ну вот. Меня предупреждали. Когда я нанималась в группу, мне сказали, что время от времени Больничный центр может забирать меня в свое пользование – разносить лекарства, отвечать на звонки и выносить горшки.
Вздохнув, я поплелась за девушкой.
– Ничего страшного, – сразу успокоила она меня, – рвоту после пациента из восьмой мы уже замыли. Тебе всего-то нужно будет доставить бабушку на процедуры. Берешь бабушку, сажаешь ее в коляску, грузишь все это в лифт и везешь всю конструкцию в четыреста седьмой. Желательно по дороге бабушку не растрясти, а то она у нас мочу уже второй день сдать не может.
✤✤✤

Бабушка оказалась вполне себе симпатичной.
– Сонечка, значит, – хихикнула она, когда я пересаживала ее в кресло, помня указания о том, что трясти нельзя. Надеюсь, перекатывание в кресло не считается за тряску. – Хорошее имя – София. Это значит «мудрость».
Да-да, в «Яндексе» меня еще не забанили.
– Я вас сейчас отвезу на процедуры. Это четвертый этаж, – я поймала себя на том, что разговариваю с бабушкой как с патентованной слабоумной. Черт, она же просто старая, а не сумасшедшая.
– Я знаю, – бодро откликнулась бабушка, – четыреста седьмой. И не тряси, а то я вообще никаких анализов не сдам.
До лифтов я довезла ее без проблем. Проблемы начались, когда бабушка стала выбирать лифт.
– Этот скрипит, – заявила она, когда перед нами остановился один из лифтов. – Он сорвется и упадет, точно тебе говорю.
– Алевтина, – говорю я, – Петровна, не переживайте. На нем вчера пациента везли в двести кило весом, и ничего.
– Конечно, – говорит мне Алевтина Петровна, – вот больше-то лифт ничего и не выдержит.
Из четырех лифтов, короче, три она забраковала. Тот скрипит.
В другом у нее голова кружится.
В третьем ее как-то обхамила медсестра.
В общем, она выбрала четвертый. Самый, на мой взгляд, ужасный.
В нем чаще всего перевозили приборы и особенно тяжелых пациентов, он был огромен и как-то действительно ныл, скрипел и трясся, пока ехал.
Но Алевтину Петровну это почему-то не смутило.
✤✤✤

Дверцы лифта с воплями закрылись, и мы, вздрагивая, поехали на четвертый этаж. Едва успели мы миновать один этаж, как бабушка начала метаться по лифту.
– Мне плохо! – взрыдала она, чуть не пробив креслом дыру в стене. – Мы сейчас застрянем и все умрем! Ах моя загубленная жизнь!
– Алевтина Петровна, – я пыталась хватать коляску и бабушку, понимая, что не трясти ее уже никак не получится. – Алевтина Петровна, успокойтесь! Еще один этаж!
– И жизнь окончена моя! – провыла Алевтина Петровна.
Тут лифт как-то совсем тряхнуло, что-то звякнуло, шмякнуло (надеюсь, это не бабушка) и лифт застыл.
– Приехали? – неуверенно сказала я.
Двери начали открываться, и я почти вздохнула с облегче…
Двери остановились, открывшись ровно настолько, чтобы я могла боком протиснуться.
Хорошо, что я не стала этого делать. Потому что, выглянув в образовавшуюся щель, я взвизгнула.
Лифт остановился не на четвертом этаже, а между ними. То есть четвертый этаж был у меня где-то вверху – я видела свет и платформу.
А на уровне меня была дыра, темнота и только где-то внизу слабо светилась платформа третьего этажа.
Алевтина Петровна методично билась креслом о дверь. Я даже жалела, что не могу присоединиться к ней. Если только головой постучать.
Я оценила ситуацию. Допустим, при большом желании я смогу подпрыгнуть, уцепиться за платформу…
Попробовала.
Нет, не надо было прогуливать физкультуру.
Я нажала на кнопку вызова диспетчера. Мертвая тишина.
– Эй! – неуверенно крикнула я. – Помогите!
Да оборись тут – никто не придет. Лифты находились в таком специальном закутке, куда нога человека лишний раз не ступит.
Я еще раз попробовала подпрыгнуть.
Нет, никак. Спасти меня и Алевтину Петровну может только волшебство.
Ну или разве ангел какой прилетит…
Тут сверху свесилась рука.
– Хватайся, – послышался голос Ангела.
Боже, это все гипоксия. Отсутствие кислорода и замкнутое пространство. Мне уже мерещится всякое.
Однако я послушно ухватилась за руку.
И, словно подброшенная мощной волной, вылетела наверх.
Лежа на полу, я смотрела на Ангела, который СТОЯЛ надо мной.
– Ты… ты… ходишь, – пробормотала я.
Он пожал плечами так, будто я сказала ему, что у него два глаза. Не думала, что инвалид, вставший с коляски, заменявшей ему ноги, может так равнодушно отнестись к своему выздоровлению.
– Зови на помощь, – отрывисто сказал он, – пусть бабку вытаскивают.
Повернулся и быстро скрылся за дверью, ведущей к лестницам.
✤✤✤

– Соня! Соня! – Лена с гневом и кучей медицинских карт накинулась на меня, когда я вернулась на первый этаж. Алевтина Петровна была извлечена из лифта и отправлена на процедуры. Боюсь, растрясли ее при этом очень хорошо.
– Соня, где ты была, у меня тут еще куча карт и два пациента на лечебном сне! Нужно следить за показаниями мониторов!
– Я бабушку возила на анализы, – стала оправдываться я. – Пришла медсестра и сказала, что им нужна помощь, а ты же говорила, что меня могут позвать…
– Какая медсестра? Какую бабушку? – напряглась Лена. – Что еще за чушь?! Ты работаешь у них по средам, а сегодня только понедельник. Ты что, свой график не видела?
– Еще нет, – призналась я.
– Стоп, – вдруг сказала Лена. – Бабушку, говоришь, возила? Алевтину Петровну, что ли?
– Ага, – неуверенно говорю я. – Ее.
– Ы-ы-ы, – взвыла Лена. – Я забыла тебя предупредить… Черт.
Оказалось, бабушка Алевтина Петровна работала местным розыгрышем. Эта бабулька уже лет сто жила при больнице, куда ее периодически запихивали отчаявшиеся родственники. Она спелась со всеми медсестрами и медбратьями
и постепенно стала выступать в качестве инструмента, которым несчастных интернов и практикантов проверяли на прочность.
Последней шуткой, разработанной Алевтиной Петровной в соавторстве с медбратом Лешей, проходившим при больнице альтернативную военную службу, было приключение в лифте.
– У тебя лучшие показатели, – сообщил мне Леша, одобрительно похлопав по спине. – Предыдущая деваха просидела три часа, а потом на всех нас наябедничала.
– Я бы тоже так поступила, – злобно сказала я.
– Не обижайся, – примирительно сказал Леша. – Я вообще повез ее в аптеку, а она в последний момент стала притворяться, что мы женаты, и требовать тест на беременность. Я решил, что в лифте хотя бы не так опозоришься. Ты вообще быстро выскочила, спортсменка, что ли?
✤✤✤

– А что же Ангел? – спросишь ты, дорогой дневник.
А ничего.
Лена велела мне переписать показания его датчиков. Судя по ним, он уже два часа находился в глубоком сне.
И не просыпался.


Продолжение следует...

Recommend us

Рейтинг '+' (9)


Поблагодарили 13 человек(а):
  • img
  • img
  • open.az

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.