Жемчужина Азербайджана

Напечатать Категория: Карабах
23 сентября 2008 Автор: cennet_210 Просмотров: 9603 Комментариев: 0
Уже 16 лет, как мы потеряли Шушу. В деталях известны все перипетии трагической судьбы города - мученика - прекрасного и словно растворившегося в облаках.

Рассказывал незабвенный академик-герой Зия Буниатов о мрачной бакинской ночи с 19 на 20 января 90-го года: под утро скончалась мать его жены, и ее последними словами были: «Я уже никогда не увижу Шушу...».

Эта тихо слетевшая с губ старой женщины фраза прозвучала в ушах окруживших ее постель родных и близких громче, чем грохот танковых гусениц и звуки пулеметных очередей на улицах потрясенного города. А ведь тогда Шуша была еще нашей, до ее предательского захвата оставалось целых два года. А может быть, всего два года? Разве в том суть? Что говорить, если вот уже 16 лет жемчужина Азербайджана находится в грязных руках оккупантов и грабителей.


Да, 16лет - срок немалый. Время действительно бывает относительным согласно знаменитой теории. Для шушинцев, которые всегда гордились тем, что живут на родине корифеев культуры, искусства и просвещения - Гаджибекова и Бюль-Бюля, Натаван и Вагифа, Хана Шушинского и Бадалбейли, Гарягды и Ниязи, Хагвердиева и Мехмандарова, Джаваншира и Ахвердибекова и еще многих и многих оно имеет особое измерение. Этот маленький город был отчей землей для тех, кто создал славу своего народа. Они родились в неприступной крепости и, как чистые горные ручьи, растеклись по долинам и просторам Азербайджана, созидая и творя красоту.

Но нигде и никогда не забывались ими хрустальный воздух своего города, звуки шагов, раздававшихся в гулкой утренней тишине, и сумерки неповторимых вечеров, незаметно переходивших в темную ночь, когда в небе вспыхивали такие яркие звезды, которых никогда не бывает в других местах. А до них почти дотягивались вершины деревьев, окружающих знаменитый родник...

Ах, Шуша, Шуша, где ты, как ты?

«Как это где ты?» - могут спросить несведущие, далекие от политики, прямолинейно мыслящие люди. Конечно, на своем географическом месте». Верно, но обратитесь, как это сделал я, с этим вопросом к нашему видному ученому-географу академику Будагу Будагову, и он расскажет, и даже покажет вам карты, тысячными тиражами распространяемые армянами по всему миру. На этих выполненных в цвете и на высоком полиграфическом уровне «документах» нет не только Шуши, но и всего Азербайджана. А это значит - нет нас. И поэтому мы вправе, говоря о Шуше, спросить, как она и где она?

Это не риторический вопрос. Его можно было (и нужно) задать многим: тогдашнему министру обороны Таджеддину Мехтиеву, благодаря дашалтинской «операции» которого в одном бою 26 января 1992 года погибли 120 наших бойцов. И Рагиму Газиеву, который во главе небольшого отряда появился через неделю в Шуше, будущему военному министру, не знавшему военное дело, да еще и бравирующему этим. Спросить надо и у тех на государственном телевидении и радио, которые передали в эфир, за несколько часов до ходжалинской трагедии, дезинформацию о том, что армянское село Нахчываник, расположенное между Ходжалы и Агдамом, якобы освобождено вооруженными силами Азербайджана.

Именно поэтому, когда 25-26 февраля над Ходжалы разразился ад, его несчастные жители пытались спастись, пройдя именно через это селение, и именно здесь их ждали армянские пулеметчики. Спросить и у лидеров политических партий, и прежде всего у заправил Народного фронта, сеявших семена раздора и жестко контролирующих государственные структуры. И, главное, у впавшего в панику и не сумевшего оказать помощь нашим воинам и мирным жителям тогдашнего руководства республики спросить: где Малыбейли, Гушчулар, Ходжалы, Шуша?

Многим, очень многим, наверное, снятся теперь эти события - и в тюремных камерах, и спрятавшимся в своих домах, и убежавшим в Москву - им всем снятся вопросы, не имевшие ответов. В самом городе были почти беспомощны привлеченные в ряды местного батальона 625 шушинцев, которым выдали всего 85 автоматов...

Ну, и многое другое, о котором трудно писать: со стыдом - о командирах, самовольно покидавших позиции или гнувших свою линию, несмотря на клятву на Коране о подчинении комбригу Эльчину Мамедову, с болью - о находящихся под обстрелом стариках, женщинах и детях.

Город назывался крепостью, а на вооружении у него были лишь один танк, установка «Град», БТР и зенитка. А до этого усилиями А.Вольского у местного населения до единого были отобраны охотничьи ружья.

Между тем, российская делегация во главе с министром иностранных дел Андреем Козыревым 9 апреля побывала в Шуше, и вскоре ее руководитель опубликовал в «Известиях» большую статью, где утверждал, что армяне 15-тысячными силами готовы захватить Шушу. Таким образом, даже приезжие лучше увидели опасность, чем свои. Понятно, почему Шуша была обречена...

Невероятно, но правда: выезжавшие в Нагорный Карабах депутаты тогдашнего парламента, (за редким исключением), выше Агдама и не поднимались. Поэтому, получая тревожные вести о жестоких расправах над азербайджанским населением, государственные и правительственные органы в центре вообще не знали, что именно происходит в этом горном районе.

Увы, силы были совсем не равны, так же, как и мера мужества и мера предательства. Вот только один пример: командир батальона Рамиз Гамбаров заявил Рагиму Газиеву: «Твои люди преследуют единственную цель - сдать город. Запомни, если это случится, мы найдем тебя и уничтожим».

Первый из собеседников героически погиб 1 мая 1992 года и посмертно удостоен звания «Национальный герой Азербайджана», а второй отбыл заслуженное наказание в колонии. Нет, Рамиз не уничтожил Рагима, он уничтожил столько армян, сколько смог. Но Гамбаров ушел в вечность как воин, а Газиев остался на этой земле как .....

Хотите еще пример?

7 мая 400 бойцам из общего числа в 1000 защитников города был совершенно необоснованно предоставлен краткосрочный отпуск, и они покинули город, а 8 мая враг оккупировал Шушу. Все было кончено, оставались лишь те, кто не бросил оружие и помнил о своем гражданском и воинском долге. Но, повторим, это были неравные силы. Неприступная крепость потеряла свой статус, длящийся веками.

И вот прошло 16 лет. Иной читатель не согласится с тем, что раз в год печать напоминает о Шуше. А как написать - помнит? Это страшно. Или отмечает? Это слово здесь неуместно. Отмечать надо и первую, и четырнадцатую годовщину освобождения Шуши. Но как это сделать? Давайте начнем с самых верных определений: помнят, помним. Однако и здесь вопросы и вопросы. Как помним, кто помнит, что помнит? И на что надо всем нам надеяться?

Эльчин Алекперов, заместитель главы Шушинской районной исполнительной власти, а вместе с ним и беженцы из Шуши, расселенные в Баку и еще во многих районах республики, и помнят, и надеются.

Но Шуша - это не только дело шушинцев, это дело общенародное. Слишком много прекрасного подарила она всему Азербайджану, чтобы сейчас остаться в одиночестве. Мы видим нашу Родину не на фальшивых картах и не в биноклях, которыми армяне рассматривали Шушу, прежде чем ее захватить. Наша Родина - это Шуша, а Шуша - наша родная земля, так же, как и весь Карабах, весь Азербайджан.

Малые народы могут иметь не только большую судьбу, но и огромную трагедию. Мы не исключение. Наша трагедия - это Ходжалы и Лачин, Агдам и Ханкенди. Наше мучение - это Шуша. Она - женского рода, как мать и сестра, а мы не смогли ее защитить, но вернуть обязаны.

...Армяне растравляли души все новых своих поколений мечтой о землях, которые им никогда не принадлежали. Мы обязаны воспитывать нынешнее поколение в стремлении и готовности вернуть родные земли - путем дипломатической борьбы или борьбы на поле боя. Первый путь предпочтительнее, но порох надо держать сухим. Людям свойственны всепрощение и забывчивость, отсюда один шаг до равнодушия, и еще один - до предательства. Мы давно научились любить, но теперь надо уметь и ненавидеть.
Мы - мост, связующий предков и детей наших детей. На этом мосту - Шуша, весь Карабах, весь Азербайджан.

В народе говорят: «Смерть - это тот мост, который пройдут все, смерть - это та чаша, которую все выпьют». Верно. И это удел каждого из нас в отдельности, но не всех вместе. Потому что мы - народ, а народ - вечен. Надо пройти по мосту не только для того, чтобы умереть, но и к новой жизни и счастью. Испив чашу горечи и смерти, мы обязаны перед будущими поколениями наполнить ее вечной живой водой наших родников. Напоенный ею, весь Азербайджан станет садом, и везде будет расти дивный цветок хары-бюльбюль - символ Шуши.

И все труднее отрешиться от впечатления, что единственное, что осталось сегодня нам, - это три бронзовых бюста, со следами от пуль, стоящие во внутреннем дворике бакинского представительства Международного Красного Креста, - памятники-беженцы... Шуша с самого начала стала жертвой наших представлений об истории. Мы свято верили в неприступность карабахской столицы, основанной Панах ханом, которую защищали не только крепостные стены, но и скалы, - и, упиваясь историческими сказками, не подумали о том, что город, имеющий и символическое, и стратегическое значение, нуждается в серьезной и продуманной обороне. Мы настолько верили в природную неприступность Шуши, что даже после ее захвата нам оказалось легче и проще обвинить в предательстве всех ее защитников скопом, чем отказаться от не оправдавшихся исторических иллюзий.

С момента захвата Шуши прошло уже 16 лет. Шестнадцать лет, когда мучительный анализ, почему захват Шуши все-таки стал реальностью, сменился попытками разыграть «шушинскую карту» во внутриполитической борьбе.

Но самое страшное наступило потом. И проявилось только теперь, после публикации документов Минской группы. Когда стало ясно, что единственное, чего мы достигли за эти годы, - это научились жить без Шуши. Это может показаться удивительным, но события мая 1992 года так и не получили должной оценки в Азербайджане, в то время как их международное эхо оказалось куда более громким.

По мнению многих аналитиков в странах НАТО, именно захват Шуши и Лачина ознаменовал качественное изменение характера карабахского конфликта - переход от локальных стычек к крупномасштабным боевым столкновениям. Международная реакция тоже оказалась достаточно жесткой - именно после захвата Шуши и Лачина США выступили с предупреждением, что Вашингтон не потерпит территориальных захватов в Закавказье. Не говоря уже о том, что захват Шуши свел на нет азербайджанское присутствие в Карабахе и окончательно развеял все сомнения насчет агрессивной сущности армянского сепаратизма.

Важно и другое. Эти факты сегодня представляют не только исторический интерес. Очевидно, что теперь, когда урегулирование конфликта начинается практически «с чистого листа», и именно США, судя по всему, намерены играть в его процессе ведущую роль, возвращение к обстоятельствам захвата Шуши, к документам и заявлениям мая 1992 года может заметно изменить позиции в том самом «вопросе Шуши и Лачина».

Увы, мы не сумели использовать даже это свое очевидное преимущество. Потому что на переговорах судьбу Шуши уже давно заслонили другие вопросы. Мы ведем дискуссии о районах Азербайджана, прилегающих к бывшей НКАО, и уже готовы оставить «на потом» «вопрос Шуши и Лачина».

Мы, не дождавшись вывода войск, согласились на обсуждение статуса Нагорного Карабаха и тем самым позволили Армении превратить оккупированные территории в предмет торга.

И мы, послушав «Карабах шикестеси», снова рассуждаем о том, что «политика - это искусство возможного», говорим о «разумных компромиссах и уступках» и «вариантах урегулирования» и даже принимаем за «основу для переговоров» предложения посредников, где Карабах вместе с Шушой в его составе де-факто превращен во второе армянское государство на Кавказе. С тем, что политика - искусство возможного, действительно трудно спорить. Вопрос в том, кто, зачем и как определяет эту самую «границу возможного». И в том, что происходило вокруг обсуждения судьбы Шуши на переговорах, «темных пятен», труднообъяснимых маневров и непонятных отступлений, неиспользованных шансов и нереализованных преимуществ значительно больше, чем в истории военного противостояния вокруг Шуши.

И, может быть, сегодня, пока еще не подписано никаких документов, еще не поздно переломить ситуацию и не ограничивать свою память о Шуше записями «Карабах шикестеси». Потому что у этой памяти есть и живые хранители. Есть еще и те, для кого Шуша - нечто большее, чем «точка на карте», или «вопрос», который обсуждается в ходе переговоров. Они остаются в своих сырых комнатках в приморских санаториях, в школах, в общежитиях - жители Шуши. Они верят, что еще вернутся в свой город, и многие даже не решаются «обустраиваться» в Баку, предпочитая жить на положении «временщиков». Потому что они страшатся в глубине души принять решение «обустраиваться» в Баку всерьез и надолго. Потому что, решив обосноваться в Баку, они тем самым откажутся от надежды на возвращение в Шушу. Они продолжают верить. А мы?

В городе Баку царит веселье, радость в преддверии выходного дня в связи с днем Победы и последующим более знаменательным днем. Звучит музыка, лица жителей города озарены радостью, одним словом, Бакы джамааты кэф едир.
По материалам азербайджанских СМИ
----------------------------------------------

Кстати о дне Победы....

Почему-то острее и обиднее всего - эта путаница с датами. Шушу захватили 9 мая - это неоспоримо доказывают и независимые азербайджанские историки, и газеты того времени. Даже в официальных документах того времени, в частности, послании и.о. президента Ягуба Мамедова на имя президента России Бориса Ельцина, указано, что обстрел Шуши из «Градов» и «Кристаллов» начался в ночь с 8 на 9 мая. 9 мая нынешнего года в Ереване собираются устраивать праздничный салют - в честь Дня Победы и... захвата Шуши.

А мы продолжаем уверять себя, что захват Шуши произошел 8 мая. Так «принято считать». И как бы понятно, почему - если Шушу захватили девятого, то очень уж неудобно называть этот день «днем победы». А тогда надо будет «объясняться» с ветеранами войны и, вообще, со всеми, кто за годы жизни в СССР привык отмечать 9 мая победу над фашизмом, у нас нет семьи, которую не затронула бы та война, и т.д. и т.п.

«Перестановка дат», что и говорить, получилась символичной. Германия официально капитулировала 8 мая 1945 года, и весь мир отмечает победу над фашизмом 8 мая, но мы делаем это девятого, как привыкли в бывшем СССР. И ради сохранения этой привычки 9 мая мы тихо и без споров, как нечто само собой разумеющееся, «отодвинули» одну из самых трагичных страниц собственной истории. И точно так же, как в капле воды можно увидеть море, в этой самой «перестановке дат» отразилось все, что произошло с нашей памятью об этом городе.

Жемчужина Азербайджана

Равнины Карабаха
Жемчужина Азербайджана

Джидыр дюзю
Жемчужина Азербайджана

Дом-музей Бюлбюля
Жемчужина Азербайджана

Интеръер библиотеки Панах Хана
Жемчужина Азербайджана

Гевхарага. Главная мечеть города.
Жемчужина Азербайджана

Родник принцессы Натаван.
Жемчужина Азербайджана

Памятник Узеиру Гаджибекову.Дом-музей.
Жемчужина Азербайджана

Минарет мечети Панах хана.
Жемчужина Азербайджана

Памятник поэтессе Натаван. Дом принцессы Натаван.
Жемчужина Азербайджана

Мавзолей М.Панаха Вагифа.
Жемчужина Азербайджана

Иса булагы.
Жемчужина Азербайджана

Здание Реального училища.
Жемчужина Азербайджана

Крепость Беюк ханым. XIX век

И после всего этого мы еще молчим???


angry angry angry

Recommend us

Рейтинг '+' (127)


Поблагодарили 60 человек(а):
  • img
  • img
  • open.az

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.